МЁРТВОЕ ОРУЖИЕ
Пушки сами не стреляют, не умеют,
Тетива – не может выпустить стрелу,
И зенитки – на приколе,
Зачехлённы, не на воле,
А – на складе, на цементном на полу.
Только руки оживляют все предметы,
И оружие – не может без людей,
Прикоснись... (к чертям запреты) –
Пулемёты, пистолеты
Вмиг становятся любых живых – живей.
И помчатся пули, стрелы и снаряды,
Боль неся в себе, страдания и смерть.
Где-то будут очень рады,
Кто-то выхватит награды,
Безгранична полоумья ширь... и твердь...
И ничто нас, человечество, не учит,
И никто нам, человекам, не судья,
Сотни-тыщи-килотонны,
Тел безжизненных вагоны,
Стонет небо, прогибается земля.
Убиенные в несправедливой сече
Не слышны... На их могилах – тишина.
Но решат свои задачи
Только так и не иначе –
Те, которым мать родная... та... война...
Не стреляет даже камешком рогатка,
Не плюют огнём зенитки, танки спят.
Ждут они проклятье века,
Ждут живого человека –
Вот придёт и принесёт на землю ад...
ЛОТЕРЕЯ СМЕРТИ
Лотерею смерти объявили люду,
Может, и проскочишь, или... даже... нет...
Запретили право и слова – «не буду!».
Ты мужик? – Засчитан! Свой тяни билет...
Мы в войну играем, сообщили браво –
Русская рулетка. В прятки поиграть
Можно со старухой, на неё управы
Не найдёшь. Швыряет, знай, тела в канавы,
Догоняет споро... а в руках – печать.
Смерть-старуха эта игры обожает
Именно такие, где идут толпой.
Вот она резвится! Щедро отбирает:
Этот – пусть гуляет, ну а этот – мой!
Лохотрон геройства! И пренебрежение
К самому святому, данному тебе,
К жизни – дару божьему, к святости рождения,
К тайности зачатия, к выданной судьбе...
Лотерея глупости, лотерея подлости
И надежды тщетные – о попаданье в рай...
У потери совести – нету срока годности,
Веришь – подчиняешься! Нравится – играй!
ПОДСЛУШАННАЯ БЕСЕДА
– Бандиты, иначе не скажешь, бандеровцы – вот ваша суть,
Своих же и поработили, так где ваша совесть гуляет?
Мы – армия, чистых душою... пришли вам свободу вернуть,
А вы ерепенитесь с дуру... В нас чаша терпения тает...
– Бандиты мы? Дом защищая? А разума есть, хоть крупица?
Промыты мозги до основы, и логики ноль по шкале,
Кого мы там поработили, и с кем вам приспичило биться?
Кто звал вас, фашисты-убийцы?.. Вам место – в могилах, в земле...
– Ну как же, фашисты, конечно, забросив дела и заботы
Пришли помогать вам по-братски, а вы – с джавелинами тут,
Лежу вот, слепой и безногий... Судьбы... матерю... повороты,
А вы почему не сдаётесь, какой вы избрали маршрут?
– Сдаваться? Бандитам кровавым? Детей похищающих наших?
Отдать Украинскую землю, политую кровью дедов,
И нашею тоже... немало?.. Задор мародёров не страшен,
Остаться под вашей пятою – удел... для безвольных рабов...
– Лежишь ты, слепой и безрукий, геройство твоё бесполезно,
Ведь мы всё равно вас задавим, и сразу же... освободим...
Пройдём и очистим от скверны, священной рукою железной,
И жизнь возродится по новой... а прошлое канет как дым...
В больнице – два раненных... брата... на койках соседних лежали,
Войной разделённые парни, семьи разорвавшие нить...
И думали тяжкую думу, в которой беды и печали
Сто тон. Им не выплакать горе. Убитое – не оживить...
НАЙДИ 10 ОТЛИЧИЙ
Век двадцатый – уходит в полёт, хунта стремится к власти,
Куда не взглянешь – сидит Волдеморт, и все от него напасти.
Людей, стараясь власть удержать, гнобили, следы стирали,
Всех оставили в дураках: в голоде, в скорби, в печали.
Хватали, ссылали, держали за скот, стучать заставляли безбожно.
Сотня лет пробежала и вот... откроем глаза... осторожно...
…Век двадцать первый – кошмар, война, хунта, опять же, у власти,
Ужас и страх, планета больна, права – у дракона в пасти,
Горе, страданья, стукачество, ложь, в умах – одни нечистоты.
Где ты, человек, и чем ты живёшь, и понимаешь ли, кто ты,
На чьей стороне, добра или зла, кузнец исторической драмы,
Снова нашли отпущенья козла, опять он тупой и упрямый...
Сеет несчастье, мечет и рвёт, жизнь и в пятак не ценит,
Как же сложился такой народ: как Буратино – в полене,
Застрял и наружу не хочет никак, быть ему древесиной – классно.
...В жиже кровавой – нога и башмак, и снова... зачем – неясно...
ОТРИЦАТЕЛЬНАЯ МОЗГОВИТОСТЬ
Удобней значительно жить без мозга –
Спокойней, радужней и практичней,
Пусть в голове темно и промозгло
И пусто будет. Там смогут птички
Гнездо устроить, заполнить место,
Где... раскудахтавшись на рассвете,
Несушки-куры, слетев с насеста,
Гуляют браво... гордятся этим...
Мозг – ни к чему нам. Его наличье
Включает судорожно процессы,
А в зеркале вдруг – ореол величья...
А из экрана – помои прессы...
Мозг – сцедит память, сущность – взъерошит,
И объяснит, что подлец и гнида
Внутри сидят у людей хороших
Любого цвета, любого вида,
И ждут момента рвануть на волю,
Кромсать на части, топить в сортирах,
Облиться кровью, напиться болью,
И быть в почёте, и в... командирах.
В медалях грудь. Боевые песни.
– Вперёд, за родину, не робея!
Не зная зачем, но не зная – вместе.
Мозгов отсутствие – лучше клея,
Который тела собирает в кучи.
Не отпускает, сбивая в стадо,
И неизбежно случатся Бучи...
А большей радости – им не надо...
А ГДЕ ВОЙНА?
Попритихла война... Не на фронте забылась –
В городах... где уют и тепло фонарей,
Глаз замылен, не видит... Но вдруг... – и не снилось
То, что нам показали, напомнив зверей...
Просто – пленный сказал те слова, что услышишь
Иногда на войне, часто даже и без...
И... откликнулись эхом соседские крыши,
Содрогнулся от подлости купол небес,
Автоматная очередь время взорвала,
Сердце пленного парня... в нас вонзилось, как боль,
Мир очнулся от сна. Жизнь – ведь это так мало,
Или всё-таки много? Тихо, не балаболь...
Помолчи и подумай, с чем сражается мир,
И какая зараза расползлась по планете,
Если может юродивый, может вампир
Взять – что он не давал!.. и никто не в ответе...
Или всё же ответ не замедлит прийти?..
В нём – безжалостно Молот войдёт в Наковальню!
Глянь, маячит вдали... окончанье пути,
Где рождается свет. Там обычный, нормальный
Может жить человек, уничтоживший Злость,
А безмозглые звери... упыри... без упрёка –
Все опре-делены... отловить их пришлось...
Да накажет их Бог, будет пусть одиноко
Им на целой земле – за безумные дни...
За разгул хвастовства... тем, что жизни калечат,
Можно не сомневаться... заплатят они...
А цене... ужаснуться придётся... при встрече...
Сергей ЕВЕЛЕВ
CША, Нью Джерси
