Однажды, надо же такому приключиться,
В одном краю, где тишь да благодать всегда,
Овца у водопоя встретила волчицу.
И – подружились, прямо не разлей вода.
Волчицын серый муж, знаток еды и права,
Каких-то прошлых битв клыкастый ветеран,
Любил порой смотреть, как мирно щиплют травы
Овца, её семья и муж овцы, баран.
Летают мотыльки, цветёт лопух и кашка,
Овца глядит кругом, и взять не может в толк:
Куда могли пропасть два маленьких барашка?
- А я-то здесь при чём? – спросил, икая, волк.
- А морда – что в крови? – бараны окружают
Позорного волка́, наставивши рога…
- Да ладно, мужики! Вам овцы нарожают
Пропавшему взамен потомства дофига!
Баранам эта мысль логичной показалась:
- Всё правильно сказал! Ужо умён, подлец!
И стадо по домам со всех копыт помчалось
Бараний множить род и крыть своих овец.
Наутро главный волк их собирает снова
И, выпучив глаза, толпе поведал жуть,
Что за холмом живут ужасные коровы,
Готовые рога в любой живот воткнуть.
- Коровы? Как же так? Они же травоядны!
Сметана, молоко, лишь польза от коров…
- Зато у них быки – свирепы, кровожадны,
Особенно – один, по прозвищу Азов!
Пока у них – рога, нельзя нам спать спокойно,
Корова нам – сестра, но наш ответ таков:
Пускай прольётся кровь, мы ради жизни вольной
Освободим коров от хунты злых быков.
Баранам всё одно, идут куда прикажут –
На мясокомбинат, на бой, на шашлыки –
Туда, куда им лапой главный волк укажет.
Ударил барабан, и двинулись полки.
У всех на лбу – клеймо. Калёное железо
Отметило навек зигзагом морды их.
Палёной шерсти вонь? И – чо? Зато полезно,
Чтоб в схватке отличать всех ихних от своих!
В дорогу запаслись провизией с запасом,
Взяв сена на три дня питания в боях,
Ведь на четвёртый день (любому было ясно), –
Победа! И – пожрём травы в чужих полях!
Коровы встретят нас улыбками, цветами,
К нам тёлочки в венках навстречу побегут,
Быки свои рога себе отпилят сами,
И нам их отдадут, и будет very good.
Идёт баранья рать по лесу, по болоту,
Идёт неделю, две, победы не видать,
А местные – вообще не рады им чего-то,
И стали вдруг бойцы-бараны пропадать.
Там – сотня, тут – ещё… Вдруг счёт пошёл на тыщи,
Любой коровник встал стеною на врага.
А у быков – рога! Да что – рога! Рожищи!
Короче, полегло баранов дофига.
Телята всех мастей взялись за дело бодро,
Крутыми лбами бьют, круша бараньи лбы,
Откуда-то взялись вдруг Молотова вёдра,
Горит баранья шерсть. Ты ждал такой судьбы?
А волки, что сперва, надев овечьи шкуры,
Кричали, что всегда баран корове – брат,
Быкам сдаются в плен и говорят: «В натуре,
Мы на ученья шли, не в бой, не на парад!»
В военной шкуре волк – прям, мужества реклама,
А с волка шкуру снять – так форменно овца,
Он блеет в телефон: - Приди за мною, мама,
И сопли мне утри с облезлого лица.
Тем временем, в краю волков, овец, баранов
Не блеют, не ревут по сгинувшим своим.
Там – барабаны бьют, и твари, как ни странно,
Детей готовят в путь на смерть, в огонь и дым.
Им говорят, что нет на свете счастья больше,
Чем умереть в бою на пастбище чужом,
Что злые кабаны (наёмники из Польши)
И зебры, и слоны пожар несут в наш дом.
Им говорят: весь мир идёт на них как банда,
Готовит нам кердык, не покладая рук,
А из друзей теперь – одна в Китае панда,
Лопочет на своём и курит свой бамбук.
Баранам – всё одно, что воля, что неволя,
Ведь их удел – один, баранья колбаса,
Убили десять тыщ? Чего тут, плакать что ли?
Барану ссы в глаза – всё божия роса.
Ну что, нужна мораль баранам в назиданье?
Коль нравится тебе, что правит волк-тиран,
Коль по душе тебе тупая жизнь баранья,
Живи себе как жил, и сдохни как баран.
Andrey Orlov
(Orlusha)
https://www.facebook.com/orlusha
