Статья А. Минкина "Милостивый государь" представляет собой обращение к российскому президенту Владимиру Путину относительно помилования Ходорковского, а также принятия закона о запрете усыновления российских сирот в США.Статья журналиста Александра Минкина, размещённая в "Московском комсомольце" 25 декабря, привела к серьёзному политическому скандалу в Подмосковье. и была удалена с сайта.
В результате губернатор Подмосковья Андрей Воробьев предложил главному редактору издания Павлу Гусеву оставить пост председателя Общественной палаты региона. К сожалению, сам материал на сайте МК сейчас недоступен, однако его успели перепечатать многие СМИ.
Вот оригинал письма А. Минкина "Милостивый государь" предоставленный «Эхо Москвы»
Г-н президент! Помилование, милость, милосердие — очень важные слова. Библейские. Нельзя, чтобы такие слова утратили смысл, обесценились, стали фальшью.Фальшивые деньги, фальшивые диссертации — чепуха по сравнению с фальшивыми чувствами. Фальшивая улыбка вызывает у людей инстинктивное отвращение, как прогорклое масло или тухлое яйцо. (Как вы выдерживаете фальшивые улыбки окружающих? Не тошнит?)
Настоящее милосердие — внутреннее чувство. Как совесть, как любовь. Совесть по принуждению — абсурд. Любви по принуждению не бывает (а кто думает, будто бывает, — для тех в Уголовном кодексе статья «изнасилование»).
Сделанное с Ходорковским вы, конечно, можете называть «помилованием». Не можем согласиться; это было бы лицемерием.
Политики иногда называют войну «принуждением к миру». Ваши люди принуждали Ходорковского к прошению. А Геншер, Меркель и другие мировые лидеры принуждали вас к помилованию.
Оно состоялось; несколько дней только об этом и говорили («Сенсация года»); в результате слово «помилование» — у всех на устах. Но ведь его не было.
Тот, кто действительно милует, — милует от души.
Милуют преступника. (Невинного помиловать нельзя. Если человека посадили несправедливо, надо отпускать с извинениями.)
Но Ходорковский не более преступник, чем ваши друзья-олигархи. Значит, все эти Потанины, Абрамовичи, Фридманы, Прохоровы должны были бы сидеть в соседней камере.
Тот, кто милует преступника, испытывает удовлетворение от того, что поступил по-христиански.
Полагаем, вы не испытываете христианского умиления от того, что помиловали. Скорее ярость, ибо вас принудили к милосердию. И эта ярость выплеснется на кого-то. (Хорошо бы, Лебедев, которому осталось сидеть три месяца, не заболел вдруг, как Щекочихин или Литвиненко.)
Фальшивое милосердие — такое же лицемерие, как фальшивая явка с повинной.
В идеале к явке с повинной человека толкают муки совести. Терзается, терзается, а потом идёт на площадь, встаёт на колени и говорит: «Я убил». И всем почему-то кажется, что Раскольников (помните роман Достоевского «Преступление и наказание»?) именно это и делает.Но Раскольников не сам встал на колени. Его поставил следователь Порфирий Петрович. Вот как это было. Порфирий уговаривает Раскольникова сделать явку с повинной:
— Ей-богу, лучше будет, Родион Романыч!
Раскольников злобно усмехнулся.
— С какой стати мне к вам являться с повинною?
— Эх, Родион Романыч, да известно ли вам, какая вам за это воспоследует сбавка? А я вам, вот самим богом клянусь, так «там» подделаю и устрою, что ваша явка выйдет как будто совсем неожиданная.
Г-н президент, Порфирий действительно мог так всё «подделать», чтобы явка с повинной выглядела натурально. А вы, увы, не можете сделать вид, будто сами вдруг решили помиловать. Слишком много людей было задействовано. Операция «Помилование» очевидно была тщательно подготовлена и продумана. В полной тайне готовили вертолёт, самолёт, перелёт — хоть кино снимай (и снимут). Но вся эта таинственность — старое мышление, старые приёмы спецслужб. Эта таинственность бессмысленна, ибо не через 50 лет, а через 5 минут всё вылезло наружу. (По исполнению очень похоже на эвакуацию Собчака, которого вы извлекли из тюрьмы; инфаркт, врачи, носилки, самолёт, перелёт; а на следующий день он сидел в парижском кафе и давал интервью.)
***
Милосердие — внутреннее свойство человека. Оно не может существовать только по отношению к кому-то одному, хоть бы и очень знаменитому.
Вы «помиловали» красавца миллиардера. Но вы не помиловали больных сирот — калек без рук, без ног, даунов, паралитиков (ДЦП). Таких здесь не усыновляют, не лечат, а некоторые болезни и не могут лечить.
Значит, вы обрекли их на пожизненное заключение (обычно не слишком долгое, каких-нибудь 15–20 лет).
Если бы они знали и понимали, что происходит, когда принимался закон о запрете усыновления, они проклинали бы вас, и Думу, и Совет Федерации каждый день своей немилосердной, беспощадной жизни.
Не все они идиоты. Годовалые, конечно, не понимают. Но многие дети от 9 и старше кое-что понимают. И их проклятия там, наверху, перевесят все ордена и хвалебные речи. (Если вы действительно верующий христианин — вам это не может быть безразлично. Что говорит, чем утешает Кирилл? Или и вам, и ему не до этого.)
В декабре 2012-го принят людоедский закон. В декабре 2013-го отпущен Ходорковский. И Запад поверит в ваше милосердие? Не идиоты же они. По вашей воле посадили Ходорковского и др. По вашей воле запретили усыновлять в США и расширяют эту географию.
Милость? Зачем же она коснулась одного только Ходора? Прошение? Но эти дети не умеют писать, или письма их перехватывает дирекция детдома, нижние чины вашей администрации…
А ведь на той же пресс-конференции, после окончания которой вы сказали о «помиловании», мог бы прозвучать заготовленный вопрос об усыновлении. И у вас была прекрасная возможность сказать: «Я разобрался в этой истории. К сожалению, меня ввели в заблуждение. Надо срочно принять закон, отменяющий запрет. И я прошу Думу сделать это до ухода на каникулы!»
Поверьте, г-н президент, грянули бы бурные аплодисменты. А все шакалы проголосовали бы как миленькие.
***
Выпустить после десяти лет преследования. После фальшивого второго дела (украли якобы всю нефть, с которой платили налоги больше, чем «Газпром»). После скандального суда, где прокуроры выглядели ничтожно и позорно, а судья — жалким запуганным зэком (вот уж кто приговорил себя пожизненно). После того как уморили в тюрьме Алексаняна; после того как Бахмина родила в тюрьме… После всего этого отпустить отсидевшего 10 лет и назвать это милостью?
Теперь госТВ должно совершить какие-то немыслимые тройные сальто, чтоб публика поверила, будто это милость.
Вы, конечно, гораздо более царь, чем президент. И мы надеемся, вам будет интересно прочитать «Балладу о царской милости». Автор — Киплинг (который «Маугли» написал).
БАЛЛАДА О ЦАРСКОЙ МИЛОСТИ
Абдур Рахман, вождь Дурани, о нем повествуем мы,От милости его дрожат Хайберские холмы,
Он с Юга и с Севера дань собрал — слава его как пожар,
И знают о том, как он милосерд, и Балх, и Кандагар.
Этот самый Абдур Рахман приказал своему министру казнить неверного. Для министра Яр-хана это было страшно унизительно. Он оскорбился и сказал необдуманные слова (как Ходорковский на вашей встрече с олигархами).
Ему, чью гордость не смирят ни Ад, ни Небеса,
Царь повелел стать палачом презреннейшего пса…
Яр-хан взметнул хайберский нож, ударил тем ножом:
«О человек, ты так хотел! Зарезан пес Царем».
Понимаете, этот Яр-хан публично сам себя назвал царём. В ту же ночь к царю Абдур Рахману приходит Хаким (типа Сечин).
Еще не занял караул в ту ночь свои посты,
Когда Хаким промолвил так: «Царь, не боишься ты?
Ты знал... ты слышал?..»
Смолкла речь перед лицом Царя.
Афганский Царь сказал в сердцах: «Народом правлю Я!»
Они, конечно, подготовились к опасному визиту.
И в сердце тьмы, когда луна кончает свой дозор,
Яр-хан, таясь, прошел к Царю, чтоб смыть с себя позор.
Но кто-то возле стен схватил его из темноты,
Царь молвил за его плечом: «Мертвец! Что вздумал ты?
Они его арестовали. И вот тут, г-н президент, внимание! Начинается речь о царской милости. Царь говорит неудачнику:
Но если Бог даст сил тебе, то вот пройдет три дня,
Ты будешь милости просить и в муке звать меня.
Я милосерд, и это ты скорее всех поймешь…
Побивание камнями — мучительная казнь. А смысл её ещё и в том, чтобы не было палача. Сотни людей кидают камни в преступника (типа единогласное голосование) и стараются попасть в ноги, в туловище, только не в голову — чтобы не убить случайно, чтобы не было быстрой, лёгкой смерти. Казнимый должен медленно сдохнуть под грудой камней.
Он был каменьями побит на свалке в час зари,
Согласно писаным словам: «Чтоб был он жив, смотри».
И камни выросли над ним курганом средь полей,
И, если шевелился он, шел новый град камней.
…То было на вторую ночь, был праздник Рамазан,
И страж, припав к земле, слыхал, что говорит Яр-хан.
Из исковерканной груди, хрипя, срывался звук:
«Созданье Божье, помоги, избавь меня от мук!»
И, смерти не боясь, они нашли Царя средь жён:
«Ты, покровитель бедняков, вели, чтоб умер он».
Неспешно прозвучал ответ: «Пусть он дождется дня,
Ночь коротка, и должен он благословлять меня».
Понимаете, г-н президент, этот Яр-хан должен не только умолять о смерти, но и благословлять царя. И бывший министр сломался.
Он трижды ночью звал и раз, когда взошла заря:
«Созданье Божье, помоги и тем прославь Царя!»
И вот в час утренних молитв пролилась Яр-хана кровь,
И, слыша щелканье курков, Царя он славил вновь.
Сложили песнь о том певцы, чтоб слышали моря,
Чтоб пел и день и ночь весь мир о милости Царя.
Его пристрелили. А мир пел о милосердии.
Абдур Рахман, вождь Дурани, мы повествуем о нём.
Растворил он пасть, и набили всласть ее золотым зерном.
Вы знаете плод от его щедрот, как сладок каждый дар.
Вы слышали песнь: Доколь? Доколь? О, Балх и Кандагар!
Жалко было сокращать эту балладу, уж больно хорош Киплинг. И история хороша.
Впереди Новый год. Закончим это письмо позитивно.
Поскольку никаких христианских чувств к людоедам и мучителям детей мы не испытываем, то от души желаем им всем подавиться шампанским в последнюю секунду 2013 года.
Независимо: родные мамы-папы истязают детей или приёмные, русские или американские, белые или чёрные — пусть все подавятся. И 2014-й будет гораздо лучше.
Статья от 25 декабря 2013 года
